Окололитературные апокрифы - 107
С языка Пушкина – подчас против его воли - слетали нежданные эпиграммы. Случалось, что и на членов ЦК и Политбюро.
Муза Пушкина хотя и была порой ветрена, но зато всегда точна и неподвластна политической конъюнктуре, а посему ответработники опасались поэта, зная, что товарищ Сталин непременно сделает из наблюдений директора «Пушгор» надлежащие выводы.
В результате Пушкина стали избегать в свете и перестали приглашать на кремлевские приемы. Председатель Центрального совета Союза воинствующих безбожников Емельян Ярославский даже прозвал поэта Ангелом Смерти. Однако писать эпиграммы на Емельяна Ярославского (Минея Губельмана) Пушкин брезговал.
Муза Пушкина хотя и была порой ветрена, но зато всегда точна и неподвластна политической конъюнктуре, а посему ответработники опасались поэта, зная, что товарищ Сталин непременно сделает из наблюдений директора «Пушгор» надлежащие выводы.
В результате Пушкина стали избегать в свете и перестали приглашать на кремлевские приемы. Председатель Центрального совета Союза воинствующих безбожников Емельян Ярославский даже прозвал поэта Ангелом Смерти. Однако писать эпиграммы на Емельяна Ярославского (Минея Губельмана) Пушкин брезговал.