January 17th, 2020

С_с
  • a_i_z

Как Фаддея Булгарина пушкинский жук разочаровал...

Пушкин писал «Евгения Онегина» больше 7 лет и печатал роман по главам.
Первая глава была опубликована в 1825 году.
Её опубликовали практически все литературные альманахи тех времён,в том числе газета «Северная пчела»,
во главе которой стоял Ф.В. Булгарин (романист, фельетонист, автор нравоучительных очерков, успешный издатель).

Сначала это была вполне себе либеральная газета, в которой печатались Пушкин, декабрист Кондратий Рылеев, Ф.Н. Глинка.
Но после восстания декабристов газета резко меняет свои взгляды,
а Булгарин всё чаще выступает с критикой литераторов пушкинского круга,
часто это было просто сведением личных счётов, потому что Булгарину тоже доставалось,
эпиграммы на него не писал только ленивый.

Вот карикатура неизвестного художника на Булгарина (предп. 1829-1830гг) с подписью-

Что если этот нос крапиву нюхать станет? Крапива, кажется, завянет!

           

         Collapse )

"Музыка как судьба: Памяти великого русского композитора Георгия Свиридова"

Фильм " Метель", снятый режиссером В Басовым еще в советское время,  необыкновенно проник в сущность пушкинской повести. Дело в не в игре актеров или  в таланливости режиссера. Самый главный герой в этом фильме  музыка Г. Свиридова. Именно  в ней сосредоточен пушкинский  смысл...Благодаря музыке Свиридова  мы бесчувственные, перекормленные информационными разновкусиями, сегодня можем еще понять чувства героев, услышать в метели стук человеческого сердца...

 Рекомендую к прочтению замечательный, по-настоящему глубокий материал нашего уважаемого Профессора, Бориса Алксандровича Куркина о Георгии Свиридове.

Музыка как судьба


«Я пристрастен к слову как к началу начал, сокровенной сущности жизни и мира. Литература же и ее собственные формы — это совсем иное. Многое мне в этом (в литературе собственно) чуждо. Наиболее действенным из искусств представляется мне синтез слова и музыки.

Этим я и занимаюсь.

(Г. Свиридов)

У него был строгий римский профиль, профиль цезаря.

Он и был «Цезарем российской музыкальной поэзии», как говорил о нем выдающийся русский композитор В. Гаврилин. «Это был крупный человек, с тяжелой поступью и тяжелым, прощупывающим взглядом небольших темных глаз. Во всем облике есть нечто от большого зверя (по Бунину), что отличает только очень породистых людей и является признаком сильно развитой первопамяти, способной не только обращаться глубоко вспять, но предвидеть, заглядывать вперед себя. Такая память — явление редкое, удел немногих».

То был человек вне всяких правил, вне всяких обычных представлений. Свои мысли о своем времени и о музыке он оставил в книге «Музыка и судьба», представляющую из себя дневниковые записи композитора.

Он был глубоко православным и смотрел на мир глазами православного: «Мы живем в эпоху мировых конфликтов, носящих прежде всего религиозный характер, во вторую очередь — национальный и, менее всего, характер социальный. Именно такой и была прежде всего Октябрьская революция, Октябрьский переворот. Он проходил под знаком истребительной борьбы против Христианства и, в первую очередь, Православного Христианства. Истребилось уже в наши дни окончательно православное государство, почти весь православный народ, главным образом, русские».

Главной целью революции было, по Свиридову, уничтожение христианства, а без христианства начинается оскотинивание народа. Целью революции, писал он, было — «уничтожить Бога, веру, душу народа опустошить, а остальное уже шло само собой. Опустевшая душа заполнялась разным содержанием: сначала марксизмом, потом ленинизмом — каторжным трудом за хлеб, за то, чтобы только не умереть с голоду. Человек лишился земли и крова над головой.

О земле он вообще забыл и возненавидел ее, переставшую кормить, чужую. А между тем за нее было заплачено обильной кровью предков».

Показательно, отмечал Свиридов, что революция в России не создала музыки – вся она была заемная. Занимаясь отбором песен для кинофильма «Десять дней, которые потрясли мир», он достоверно выяснил, что революция (не только октября 1917 года) и все революционное движение на протяжении десятков лет не создали ни одной своей песни.

Все песни Революции — «Варшавянка», «Интернационал», «Беснуйтесь, тираны», «Смело, товарищи, в ногу», «Красное знамя», разных родов марсельезы — все это немецкие, французские польские и т. д. песни. Ни одной русской. Ни одной своей ноты и, кажется, ни одного русского слова.

Воистину, «ни звука русского, ни русского лица».

Кстати, отмечает Свиридов, первый сатирический журнал, который издавался в России после установления Советской власти, начал выходить в 1918 году. Он назывался “Красный дьявол”. Очень красноречивое название».

Россия и революция оказались духовно несовместимыми.

Collapse )