October 11th, 2011

В нынешнем октябре отмечается 200-летие со дня основания Царскосельского Императорского Лицея.

Дмитрий Шеваров
"Российская газета" - Неделя №5600 (224)


В нынешнем октябре отмечается 200-летие со дня основания Царскосельского Императорского Лицея.
19 Октября

(отрывок)

...Пируйте же,

пока еще мы тут!

Увы, наш круг час от часу

редеет;

Кто в гробе спит,

кто, дальный, сиротеет;

Судьба глядит,

мы вянем; дни бегут;

Невидимо склоняясь и хладея,

Мы близимся к началу своему...

Кому ж из нас под старость

день лицея

Торжествовать

придется одному?

Несчастный друг!

средь новых поколений

Докучный гость

и лишний, и чужой,

Он вспомнит нас

и дни соединений,

Закрыв глаза дрожащею рукой...

А.С. Пушкин,

с. Михайловское, 1825 г.

Еще первые лицеисты говорили, что Лицей - это не стены, принципы обучения и близость к царским покоям. Лицей - это дух. Поэтому расправа, учиненная над Императорским Александровским (Царскосельским) Лицеем в 1917 году Временным правительством, не была окончательной гибелью этого выдающегося учебного заведения.

Идеалы, которые олицетворял Лицей, - служение Отечеству, честь и достоинство, бескорыстный труд , любовь к Пушкину и русской словесности, верность долгу, - все эти ценности продолжали жить. Живут они и сегодня - пусть и в немногих сердцах.

А ведь только идеалистами, этими "лицеистами без Лицея", мы все и живы. Что будет, если они уйдут? Вот тогда, очевидно, Лицей как явление русской жизни закроется навсегда, и будущие поколения будут лишь гадать о "тайне Лицея", им уже неподвластной...

Обо всем этом невольно думаешь, когда сравниваешь празднование лицейского юбилея в 2011 году с тем, как это происходило в 1911-м. На фоне наших предков мы выглядим очень бледно. И дело не в финансировании праздника, а прежде всего - в статусе торжеств.

Столетний юбилей Лицея был отмечен как событие общенационального масштаба. В 1911 году первое лицо государства как минимум трижды встречался с лицеистами. Во-первых, Государь посетил Лицей и вел беседу с каждым из курсовых представителей. Во-вторых, в Зимнем дворце был устроен обед в Высочайшем присутствии, а после обеда Государь в течение двух часов беседовал с лицеистами. И в-третьих: Николай II присутствовал на спектакле "Евгений Онегин" в Мариинском театре, куда были приглашены все лицеисты с женами и сестрами.

Нынче, судя по "Календарю мероприятий, посвященных 200-летию Царскосельского Императорского Лицея", юбилей выдающегося учебного заведения - это эпизод в новостях культуры, событие для Петербурга, но не для страны.

Мне напомнят, что Лицея как учебного заведения давно нет, и что же посещать первым лицам? Да, того Лицея нет, но в Царском Селе (ныне городе Пушкине) есть замечательный музей в подлинном историческом здании, бережно восстановленном после войны.

Последним руководителем страны, побывавшим здесь, был Алексей Николаевич Косыгин, Председатель Президиума Совета Министров СССР. Как вспоминают очевидцы, в один из дней августа 1975 года правительственный кортеж остановился у Екатерининского дворца. Ожидалось, что именно туда пойдет высокий гость, но Косыгин неожиданно направился к лицейскому крыльцу. Музей в Лицее открылся в 1974 году, об этом писали все газеты. Сюда приезжали тысячи людей со всего Советского Союза. И в тот летний день он был наполнен посетителями.

Косыгин попросил показать ему комнату Пушкина. Музейщики поначалу замялись: ведь спальни лицеистов под самой крышей, на четвертом этаже, а лестница, ведущая туда, закручивается винтом и насчитывает восемьдесят одну ступеньку. ("Дедушка наш Петр Иванович, - пишет в своих воспоминаниях Пущин, - насилу вошел на лестницу...") Но семидесятилетний советский премьер не смутился крутым подъемом, и молоденькая женщина-экскурсовод повела его наверх.

По пути все посетители музея, конечно, узнавали Косыгина, и он неустанно повторял: "Здравствуйте... здравствуйте..." В сопровождении немногочисленной охраны Алексей Николаевич вошел на четвертый этаж (где, кстати, в ту минуту собралось больше всего людей) и подошел к комнате N 14.

В Косыгине, вспоминают сотрудники музея, не было никакой начальственной позы. Он задал несколько вопросов экскурсоводу; был очень внимателен и сосредоточен. Чувствовалось, что для него это очень важно - поклониться Лицею, постоять у комнаты Пушкина.